Главная страница   |   Библиотека  |   Архив  |   Книжное собрание  |   Наша деятельность  |   Материалы и исследования  |   Наш адрес  |   "Медиа-зал"  |   Ссылки  |

     

В Библиотеке-фонде «Русское Зарубежье»

2 марта 2005 г. в 19-00

состоится

презентация книги

Марка Талова

«Воспоминания, стихи, переводы»

(М.: МИК, 2005)
     

Марк Талов — «Менесстрель России»

     (1892-1969)

Странна и парадоксально жестока и грустна судьба поэта и переводчика Марка Талова, успевшего стать видной литературной фигурой «русского Монпарнаса» в самом начале 20-х годов, на самой заре первой русской эмиграции.
     Главные вехи его жизненного и творческого пути таковы:
родился Марк Владимирович в Одессе в 1892 году. Печататься стал в 1909-м году. И до отьезда из царской России успел опубликовать в газетах и журналах около 80 стихотворений. Первый сборник его стихов «Чаша вечерняя» был издан в 1912 году в Одессе. В 1913 году он был призван на военную службу, но после оскорбления, нанесенного унтер-офицером, покинул часть и нелегально перешел границу.
      7 декабря 1913 года вышел из поезда на парижском Восточном вокзале без денег и документов, без знания языка, — пополнил ряды «праздношатающихся» поэтов и художников, такой же, как и он, вечно голодной богемы. И, как все они, или почти все, нашел приют в этом городе — «столице мира» для всех людей искусства и литературы. Все знают, что Париж во все времена был магнитом, неодолимо притягивающим молодые таланты со всех концов земли, и, конечно же, из России и Восточной Европы. Талов с самого начала стал завсегдатаем монпарнасских артистических кафе. Сначала это была «Ротонда», которая была его «университетом», его родным домом. Спустя какое-то время, подобно своему другу Максу Жакобу, стал ревностным католиком; его духовным наставником был Владимир Полисадов, художник, доминиканский монах третьего ордена, женатый на племяннице философа Владимира Соловьева. В 1914 году, находясь в провинции Турень, Талов уходит во францисканский монастырь. Но после двух месяцев послушничества покидает обитель и возвращается в Монпарнас. Как позднее (и не совсем точно) напишет Алексей Ремизов Андрею Белому (1922 г.), «…Марк Владимирович был монахом францисканским, но пал, и теперь в нашем грешном миру».
     Среди парижских друзей Талова были видные представители космополитической творческой элиты той эпохи — философы, поэты, художники: А.Модильяни, дважды рисовавший его; О.Цадкин, автор обложки и фронтисписа его первого парижского стихотворного сборника с «ницшеанским» названием «Любовь и голод»; Хаим Сутин, который с ним временами делил кров; М.Кислинг, С.Судейкин, Л.Гудиашвили, С.Шаршун, А-П.Гальен, Ж.Маритен, Б.Сандрар, М.Жакоб, Р.Гиль, Т.Тцара, И.Зданевич. Его пути пересеклись с поэтами и писателями, такими как Поль Фор, Дмитрий Мережковский, Константин Бальмонт, Илья Эренбург...
     Весной 1921 года группой молодых поэтов эстетически «левого» направления было создано в эмиграции первое русское литературное содружество со странным названием «Гатарапак». Поэт Довид Кнут, вошедший осенью 1921 года в эту литературную группу и избранный ею вице-председателем, в своих воспоминаниях «Опыт Гатарапака», опубликованных в Израиле в 1953 году, загадочно писал: «Это странное название представляет собой аббревиатуру имен пятерых ее основателей», хотя на самом деле известно только трое из них: А.Гинтер, М.Талов, В.Парнах. Участники этого молодого творческого объединения собирались сначала в сердце Латинского квартала недалеко от площади Сен-Мишель, в кафе «Ла болле» — присяжном месте Юрия Терапиано, Зинаиды Шаховской, Александра Бахраха. Все они увековечили эту экзотическую кофейню в своих воспоминаниях. Но довольно скоро, уже летом, все переместились в более просторное бистро «Хамелеон» (бульвар Монпарнас, дом 146).
     Литератор Анатолий Юлиус оставил нам чуть ли не единственное описание этого нового места сборищ в своих воспоминаниях «О русском литературном Париже 20-х годов», опубликованных в 1966 году в канадском литературном журнале «Современник»: «Чтение стихов этого первого поэтического вечера происходило в малоуютной зале скромного «Кафе-бистро», существовавшего в 20-х годах на углу бульвара Монпарнас и улицы «Кампань - премьер» под вывеской «Хамелеон». Узкая входная дверь на срезанном углу дома вела в залу кофейни. Низкий потолок. Две ступеньки ниже уровня тротуара. Прямоугольные мраморные столики в стиле 1900-х годов...»
     7 августа 1921 года был «первым вечером русской поэзии» нового художественного объединения «Палата поэтов», где выступали его зачинатели: А.Гингер, Г.Евангулов, В.Парнах (председатель), С.Шаршун, М.Талов, придумавший само название (хотя, если верить Кнуту, это имя группе дал Евангулов). В устройстве вечера принимали также участие Л.Гудиашвили, С.Судейкин, С.Вермель, А.Левинсон, Е.Зноско-Боровский. Собрания эти проходили сначала по воскресеньям, а впоследствии - по четвергам.
     Успех «Гатарапака» и его преемника — «Палаты поэтов» - был огромным. 15 марта 1922 года был объявлен очередной вечер «Гатарапака», уже 35-й по счету. Собрания этих объединений служили центром притяжения для творческой русской молодежи, на которую начала обращать внимание тогдашняя критика. По мысли собравшихся в дешевых ночных кафе эмигрантских литераторов, «русский Монпарнас» с его ночными бдениями продолжал традиции прерванных революцией вечеров в знаменитых петербургских артистических подвалах — таких, как «Бродячая собака» или «Привал комедиантов». Как вспоминает Довид Кнут, «одной из колоритнейших фигур русского Монпарнаса был в те времена поэт Талов». И действительно, Талов — человек эрудированный и поэтически одаренный, начинал с блеском свою парижскую поэтическую карьеру. В 1919 году он начал переводить стихи Стефана Малларме, увлекался переводом старофранцузских поэтов; его стихи печатались в элитарных французских журналах. Его книгу стихов «Любовь и голод», изданную в Париже в 1920-м году, французский поэт и критик Ж.Шюзвиль назвал «пронзительным сборником». Его вторая книга лирики «Двойное бытие» выходит в 1922 году. Обе книги были отмечены критикой, в том числе и требовательным Марком Слонимом. Собратья по перу стали относиться к М.Талову как к мэтру, «властителю дум».
     Но весной 1922 года Талов, величавший себя «Менестрелем России», с самого начала испытавший на чужбине невыносимую тоску по родине, одновременно с Валентином Парнахом решил вернуться в Россию. Он возвращался через Берлин, где познакомился с Ремизовым, Белым, Соколовым-Микитовым. В то же время Евангулов и Шаршун, как и он, собравшиеся на родину, застряли на 14 месяцев в Берлине — и как впоследствии признавался Шаршун, «к счастью». «Повинуясь инстинкту», он вернулся в Париж, где уже на закате дней стал знаменитым художником.
     7 августа 1922 года Талов прибыл в Москву. Начался советский период его жизни. Во Франции Талов прожил почти десять лет, насыщенных «электричеством», выступлениями, встречами, общением с интереснейшими творческими личностями. Словом, то были самые яркие годы в его жизни. Можно только себе представить, как часто он вспоминал Францию, Париж, ночной Монпарнас на протяжении 46 лет своей дальнейшей жизни в Советском Союзе, где он был просто переводчиком. За все эти годы только одно единственное стихотворение вышло в сборнике «День поэзии» 1964 года. Зато в антологиях и хрестоматиях были опубликованы больше 170 его переводов французских, итальянских, испанских, португальских и английских поэтов. Но делом всей своей жизни он считал труд воссозданием Малларме на русском языке. Благодаря стараниям его вдовы Мери Александровны и дочери Татьяны, в 1990 году было издано собрание стихотворений Стефана Малларме в переложении Марка Талова, а в 1995 году - сборник избранных стихов поэта (в издательстве «МИК»).
     Останься Талов в Париже, он, безусловно, стал бы видной поэтической фигурой русского Зарубежья и «Парижской ноты», печатался бы в «Числах», ходил бы в на «воскресенья» к Мережковским, посещал бы собрания «Зеленой лампы». Благодаря своему отличному знанию французского языка он мог бы играть значительную роль в попытке сближения русских писателей и философов с французскими в конце 20-х годов, когда начались «Франко-русские встречи» при участии Н.Бердяева, Г.Газданова, Н.Берберовой, Г.Адамовича, В.Вейде, Б.Поплавского…, а со стороны французов - П.Валери, А.Мальро, Ж.Бернаноса, Г.Марселя, С.Фюме, Р.Лалу... Увы! Этого не случилось. Критик и поэт Юрий Иваск в «Бахрах» вспоминает незаслуженно забытых «чудаков» — Талова, Божнева, Зданевича...».
     К сожалению, как ни парадоксально это звучит, не суждено было Талову стать поэтом знаменитого «незамеченного поколения» (по меткому выражению Варшавского), но он не стал и советским поэтом, а лишь представителем «погубленного» поколения советских интеллигентов. Ведь между поэтами Диаспоры и советскими авторами лежало и лежит фундаментальное различие в понимании сути подлинной поэзии. Для поэтов-эмигрантов творчество было «единственным священным делом на земле», духовной исповедью, страстным стремлением к «победе над материей», к «высвобождению» из удушающего плена повседневности, тогда как в советской литературе возобладал, по мнению критика-эмигранта Г.Адамовича, «технологический», «производственный» подход к поэзии, доминирующими стали реалистичное и рационалистичное отображение социалистической действительности. Непримиримо разошлась поэзия русского Зарубежья с советской поэзией тех лет. Этим и объясняется творческое одиночество Талова, оказавшегося «несозвучным» и даже чуждым новым порядкам, требованиям и карьерным устремлениям.
      Уехав из Парижа в 1922 году признанным русским и французским поэтом, в Москве Талов был вынужден кормиться переводами. Но он всегда поступал согласно своим внутренним убеждениям и как поэт никому никогда не продавался, не писал верноподданнических стихов. Даже воспоминаний по-настоящему, к сожалению, он так и не смог написать в вакууме «застойных» лет: зачем? Для кого? Кто и когда их напечатает? Поэтому его воспоминания, собранные наконец-то в книгу, представляют собой, увы, только разрозненные фрагменты. Тем не менее их прочтут с увлечением не только специалисты и литературоведы, но все, кому интересно заглянуть в затерянный, безвозвратно ушедший мир. Благодаря редчайшим документам эпохи, чудом сохранившимся до наших дней, среди которых фотографии, письма, пригласительные билеты на вечера поэзии, этот волшебный мир вновь оживает перед нашим внутренним взором.
     Вот почему сейчас самое время извлечь из небытия незаслуженно забытую жизненную эпопею этого странствующего рыцаря поэзии, показать его жизнь в обрамлении и контексте нашей с вами эпохи.
     
     Ренэ Герра, Париж, декабрь 2004 г.
     

В вечере принимают участие:

     Мери Александровна Талова (вдова поэта),
Александр Ефимович Парнис (искусствовед),
Георгий Михайлович Садовников (сценарист, один из создателей фильма «Большая перемена»),
студенты ВГИКа (актерский факультет)


     
Наш адрес:
ул. Нижняя Радищевская., д. 2,
Проезд: ст. м. «Таганская» (кольцевая)
Справки по телефону: 915-10-30





Новости:

Октябрь 2008
Сентябрь 2008
Август 2008
Июль 2008
Июль 2008
Июнь 2008
Май 2008
Апрель 2008
Март 2008
Февраль 2008
Январь 2008
Декабрь 2007
Ноябрь 2007
Октябрь 2007
Сентябрь 2007
Август 2007
Июль 2007
Июнь 2007
Май 2007
Апрель 2007
Март 2007
Февраль 2007
Январь 2007
Декабрь 2006
Ноябрь 2006
Октябрь 2006
Сентябрь 2006
Август 2006
Июль 2006
Июнь 2006
Май 2006
Апрель 2006
Март 2006
Февраль 2006
Январь 2006
Декабрь 2005
Ноябрь 2005
Октябрь 2005
Сентябрь 2005
Август 2005
Июль 2005
Июнь 2005
Май 2005
Апрель 2005
Март 2005
Февраль 2005
Январь 2005
Декабрь 2004
Ноябрь 2004
Октябрь 2004
Сентябрь 2004
Август 2004
Июль 2004
Июнь 2004
Май 2004
Март 2004
Февраль 2004
Январь 2004
Сентябрь 2003

--
Новости за 2003 год
Архив Новостей прошлых лет



Все материалы представленные на данном сайте принадлежат Библиотеке-фонду "Русское Зарубежье". Их использование без согласия владельца Запрещено!
Редактор: Эпиктетова Лариса Александровна
Copyright: Leonov Boris V., 2003-2006
Страница создана Леоновым Борисов Викторовичем



Хостинг от 4.95$ на INFOBOX.ru! Rambler's Top100 Яндекс цитирования